Будущее

Инна Берёзкина

Не стоит дожидаться, пока путинский режим падет, — уже сейчас нужно думать о том, как наказать виновных и не допустить повторения преступлений.

Будущее

Право

Режим

Транзит

Андрей Яковлев, Василий Буров

Описанные в этой статье решения — не программа какой-либо политической силы, но минимальный набор действий, с которым столкнется любая российская власть, всерьез взявшаяся за перемены. Экономические ограничения объективны: они не исчезают от политического выбора, а задают рамку, внутри которой он происходит.

Будущее

Война

Платформа нормализации: возвращение будущего

Экономика

Андрей Яковлев, Василий Буров

Разговор об экономических деформациях России нередко ведется так, будто все они — следствие войны. Это неточно. Большинство структурных проблем накапливались годами, а то и десятилетиями. Война их ускорила и обнажила — но не создала с нуля.

Будущее

Война

Платформа нормализации: возвращение будущего

Экономика

Андрей Яковлев, Василий Буров

Принято думать, что война — это удар по экономике, что начиная с 2022 года нормально развивающаяся страна столкнулась с внешним потрясением, которое все сломало. Это неверно. Война выросла из экономической системы, которая была выстроена задолго до первых выстрелов. Именно поэтому прекращение огня, каким бы долгожданным оно ни было, само по себе не вернет Россию к нормальному экономическому развитию.

Будущее

Война

Платформа нормализации: возвращение будущего

Экономика

Андрей Яковлев

В 2005 году экономист Андрей Шлейфер и политолог Дэниел Трейсман опубликовали в Journal of Economic Perspectives статью «A Normal Country: Russia After Communism». Они обосновывали тезис, что после всех потрясений предшествующего десятилетия к концу 1990-х годов Россия стала «типичной капиталистической демократией со средним уровнем дохода», как Турция, Бразилия и десятки других стран.

Будущее

Война

Платформа нормализации: возвращение будущего

Андрей Архангельский

Мы давно находимся внутри его бесконечной Теллурии, живем внутри его самосбывающегося пророчества, кувыркаемся внутри описанной им Машины насилия. И нельзя сказать, что нас не предупреждали; такого ясного предсказания — на протяжении последних десятилетий перед катастрофой — русская литература ещё не знала.

Будущее

Книги

Культура

Андрей Колесников

Цели режима непонятны и негативны, и мы зависаем где-то между Грозным и Сталиным. Наше будущее превращает в прошлое все то, что человечество считало своим будущим: права человека, демократия, право собственности. Поскольку целеполагания нет, остается лишь вечное настоящее.

Будущее

Общество

Режим

Борис Грозовский

Вернуться после диктатуры и войны к миру и начать демократизацию – задача неимоверно трудная. Успех в ее решении может быть только общим. Поэтому я очень рад, что подготовленная «Мемориалом» программа «100 дней после Путина» вызвала много заинтересованных дискуссий.

Будущее

Война

Общество

Режим

Борис Грозовский

Даже самые жесткие диктатуры когда-нибудь заканчиваются. Рано или поздно это произойдет и с путинским режимом. Многие вещи, которые в этот момент нужно будет сделать, понятны уже сейчас. Главная задача — исправить ошибки, устранить искривления предыдущего периода.

Будущее

Война

Общество

Режим

Андрей Колесников

20 лет назад в Foreign Affairs вышла статья Андрея Шлейфера и Даниела Трейсмана «Нормальная страна». Тогда закончился первый срок Путина, и были подозрения, что все идет в нехорошую сторону. В 2003 году в России уже произошел поворот к авторитаризму: Путин потерял интерес к реформам, даже к авторитарной модернизации, был арестован Михаил Ходорковский.

Будущее

Война

Режим

Транзит