Украина и страны Центральной и Восточной Европы в борьбе за субъектность

Россия вступила в войну в Украине, поскольку российским властям показалось, будто РФ утрачивает субъектность.

Кто вы? Русские?

Метаморфозы постсоветского русского национализма: меньше насилия, больше скреп. Ресентимент неизбежен.

Солидарность с порабощенными народами: Россия своих не отпускает

У жителей свободных, демократических стран существует не слишком много способов помочь тем народам, чьи свободы ограничены. Зачастую задача помочь им освободиться практически неразрешима в данный момент времени. Но граждане демократических стран — люди неравнодушные не только к тому, на что они могут непосредственно повлиять. А в борьбе за освобождение важна не только прямая помощь, но и моральная солидарность.

Настанет момент, когда от войны не получится отвернуться

Война меняет не только жизнь людей, но и культуру. Россияне не знают, что делать с чувством ужаса, вины и ответственности за то, что делает российское государство. Но прятаться от этих вопросов бессмысленно: на них все равно придется отвечать.

Путин готовится не к транзиту власти, а к долгой войне и стратегическому противостоянию с Западом

Путинская элита давно превратилась в номенклатурную систему, где люди — лишь несамостоятельные винтики, играющие отведенную им роль. Однако перспектива передача власти после Путина может вызвать раскол элит и войну кланов.

«Государство Палестина»: решение конфликта или приз террористам?

Резко активизировались разговоры о признании Палестинской автономии независимым государством. Насколько это серьезные разговоры — станет понятно только по завершении войны.

Чего боятся русские спецслужбы

Все спецслужбы склонны к паранойе, но у российских спецслужб она надежно встроена в концепцию хрупкости российского государства.

Ни земли, ни воли: 250 лет восстанию Емельяна Пугачева

Программа Емельяна Пугачева была проста: земля, воля, уничтожение рабства и полное социальное переустройство общества (равенство людей, справедливый суд), конец религиозного угнетения. Многие ее части не осуществлены в России до сих пор.

О перспективах прекращения огня

Объявился новый миротворец — премьер-министр Венгрии Виктор Орбан. Он воспользовался председательством Венгрии в ЕС и отправился в турне: Киев, Москва, Пекин, следом будет Вашингтон. Плохо, что предложить ему нечего, да и силы никакой за ним не стоит. Впрочем, остановить войну сейчас не получится ни у кого.

Никто не планировал демократию

Российские интеллектуалы бурно обсуждают, был ли у России шанс стать демократией. Если да, то Путин ли помешал ему осуществиться? Или от него мало что зависело, и все испортили еще либералы 1990-х?